История науки в контексте методологии

01.04.2019 11:54
img

Мариам Сеидбейли

директор Института Истории Науки,

доктор исторических наук

 

История науки в контексте методологии

   Любое историческое  исследование – это реконструкция прошлого, то есть моделирование идей и знаний прошедших времен. Модель, по определению, - упрощенное представление оригинала, сохраняющая его основные характеристики. Это означает, что история никогда не обеспечивает всю полноту знаний. А история науки является одной из форм выявления и постижения научной истины. Той самой, которая как раз и помогает восполнить пробелы в  наших знаниях, выявляя закономерности  развития науки.

Современная наука - это сложный симбиоз различных научных дисциплин, находящихся в непрерывной динамике. Как научная дисциплина, история науки стала формироваться во второй половине XIX века.

Таким образом, первые разработки в этой области относятся к XIX столетию, когда она интерпретировалась либо как раздел философии, либо как раздел общей теории культуры, либо - как раздел какой-либо научной дисциплины. В качестве специальной научной дисциплины история науки оформляется в 1892 году.

Первые программы историко-научных исследований поначалу охватывали следующую проблематику:

• хронологическая систематизация успехов в какой-либо области науки. Основной принцип в данном направлении можно сформулировать следующим образом: ничего нельзя отбрасывать  из прежних достижений, для всего необходимо найти  определенное место и современное толкование.

Каждый ученый переосмысляет прошлое сквозь призму современных научных канонов. Каждый последующий этап в развитии науки предусматривает оценку всех предшествующих источников с учетом специфики толкования, свойственной именно данному периоду, и перевода их на новый концептуальный язык. Тексты, написанные на этом языке,  и есть настоящая наука. Иными словами, наука ассимилирует прошлое,  одновременно перерабатывая, то есть,  интерпретируя материалы по-новому.

Осмысление проблем,  уже решенных или которые еще предстоит решать ученым – таков предмет истории науки. При этом, необходимо учитывать два магистральных направления ее развития:

• описание (и осмысление) механизма прогрессивного развития научных идей и проблем;

• определение и учет социокультурного и мировоззренческого контекста творчества ученого.

           Одно из главных значений истории науки заключается в понимании и объяснении того, как внешние факторы (экономические, социокультурные, политические, мировоззренческие, психологические и др.) отражаются на результатах научного творчества: теориях, гипотезах, методах научного поиска.

          Эмпирическую базу истории науки составляют научные тексты прошлого: книги, статьи, письма ученых друг другу, схемы, чертежи, реконструкция биографий ученых, сыгравших важнейшую роль в развитии той или иной отрасли науки или промышленности, история научных учреждений как таковых,  рукописи еще не опубликованных научных трудов и дневников, и прочее, и прочее. 

Научное исследование прошлого - это всегда реконструкция, претендующая на объективность. Однако возможны и определенные установки, акцентирующие внимание либо на объяснении прошлого языком современности (презентизм), либо – на  восстановлении картины прошлого без каких-либо отсылок к современности (антикваризм).

          Сторонники первого подхода в качестве своей цели видят  восстановление события с точки зрения современного уровня научного знания,  в то время как сторонники второго оценивают историческое событие науки в его исторической подлинности и уникальности.

Сложность заключается в том, чтобы найти правильный ответ на вопрос: «Каков научный вклад того или иного ученого в развитие человечества и  каковы  конкретные достижения в сфере его деятельности?».  Иными словами, историк должен понимать источник с позиции антикваризма, но, при этом, описывать свое понимание языком современным - как презентизм. В случае антикваризма, главный акцент ставится на объяснении события, а не на его понимании.  Иными словами, только на стыке настоящего и прошлого научный текст, превращается в исторический источник, что означает замену по отношению к нему операций простого чтения и понимания операциями «исторической реконструкции».[1] По сути, указанные два подхода выполняют две функции описания, то есть- понимание  и объяснение.

           В исторической реконструкции можно говорить о пяти основных этапах изменения  содержания и характера науки.

           На первом этапе наука была связана с опытом практической и познавательной деятельности, направленной на понимание окружающей действительности. Собственно, возникновение науки как таковой следует отнести к Каменному веку, когда человек, в процессе своей жизнедеятельности,  начинает накапливать знания  о мире (прежде всего это касается естествознания) и передавать их другим.

    Так, один из основателей науковедения, английский физик XX в. Дж. Бернал полагает, что главный поток науки вытекает из практических технических примеров первобытного человека. Следовательно, современная сложная цивилизация, основанная на механизации и науке, развилась из ремесел и обычаев наших предков. Кульминационным пунктом этого этапа стала наука древнего Египта и Вавилона.

          Второй этап развития науки начинается  примерно в V в. до н.э. в-период расцвета науки и культуры в Древней Греции. Науку начинают понимать как сознательное, целенаправленное исследование природы. Известно, что именно в Древней Греции стали доказывать теоремы: Аристотель подверг анализу процесс доказательства и создал теорию доказательств – логику. Также, в  античный период  возникают первые законченные системы теоретического знания  (в частности-геометрия Евклида), развиваются математика и механика, астрономия, появляются описания окружающего мира (прежде всего – исторические труды Геродота, географические работы Страбона).

           Третий этап, ознаменованный развитием схоластики, которая была занята в основном обсуждением вопроса отношения знания к вере и отношения общего к единичному. Этот  этап длился до второй половины ХV века.  Большое значение  в этот период придавалось так называемым вненаучным видам знания (астрология, алхимия, магия, кабалистика и т.д.). При этом, широко развивались математика астрономия и медицина.

           Четвертый этап - вторая половина XV века - XVIII век - отмечен возникновением науки, которая не только занимается изучением определенных явлений, но и способна строить   математические модели этих явлений. Начало этого этапа характеризуется созданием гелиоцентрической системы (Н.Коперник) и учением о множественности миров и бесконечности Вселенной (Дж. Бруно). В XVII веке происходит признание социального  статуса науки, ее рождения как особого социального института. Это выразилось, в частности, в том, что во второй половине XVII века возникают Лондонское Королевское общество и Парижская академия Наук.

          Пятый этап относится к первой половине XIX века. Начало этого этапа характеризуется совмещением исследовательской деятельности и высшего образования. Первыми реформаторами науки стали ученые Германии, прежде всего, работавшие в  Берлинском университете. Суть осуществленных ими реформ состояла в оформлении  науки в особую профессию. Во главе реформ стоял известный исследователь того времени В. Гумбольд[2].         

          Развитие науки, имевшее место на протяжении всей истории человечества, сопровождалось периодами расцвета или спада, периодами интенсивного развития или стагнации. Определенно:  каждая научная дисциплина развивается по своим, свойственным именно ей, имманентным законам.   В жизни современного общества роль науки, ее воздействие на все сферы социума непрерывно возрастает. Особенно стремительным процесс развития науки можно наблюдать в XVII в., т.е. в период научно-технической революции.

Но обратимся к исторической ретроспективе формирования и развития  научного знания, так как изучение прошлого науки важно, ибо оно указывает на дальнейшие пути научного развития.

С древнейших времен, в процессе своей жизнедеятельности, люди не только наблюдали за различными явлениями окружающего мира, но и пытались понять, объяснить для себя природу этих явлений. Необъяснимые  и таинственные природные явления: свет молнии, ветер, дождь и прочее, и прочее  вызывали огромный интерес у людей, эмпирическое знание которых было недостаточным для познания ойкумены.

Крупными центрами научной деятельности в древнем мире, безусловно, являлись  Месопотамия (прежде всего – цивилизации Шумеров и Вавилона), Египет, Индия, Китай.

Общеизвестен вклад  представителей этих цивилизаций в развитие математики, астрономии, философии. Истории известно немало примеров всякого рода технических инноваций, разработанных представителями данных цивилизаций. Например, египтяне сделали много открытий в разных областях науки. Система ирригации и строительство пирамид свидетельствовали о развитой инженерии и геометрии, искусство бальзамирования - доказательство практических достижений древнеегипетских медиков и химиков. Или взять цивилизацию Шумеров, зародившуюся в Южной Месопотамии. В 4 тыс. до н. э. здесь уже были сооружены ирригационные каналы с помощью строительной техники. Важнейшим изобретением было колесо, появившееся  5 тыс. лет назад. Позднее, так же в Месопотамии, было изобретено стекло.

Однако, хотелось бы подчеркнуть роль Греции в становлении и развитии научного знания в будущей Европе. Несомненно, именно Европа стала колыбелью современной науки, и трудно переоценить вклад мыслителей Древней Греции в этом интеллектуальном процессе.  В определенных сферах естествознания и  математики эпоха Эллинизма и, далее, Римское государство,  сыграли неоценимую роль, значение которой сохранялось вплоть до научной революции XVI-XVII вв. в Европе[3].

          Впервые в истории человечества  именно древнегреческим ученым удалось создать стройную систему знаний - то, чего не хватало более древним цивилизациям: жрецам и прочим изыскателям Египта, Вавилона, Ассирии. Начиная с VI в.  до н. э. в Древней Греции можно наблюдать активную деятельность в получении знаний, что, прежде всего,  нашло свое выражение  в возникновении  первых научных сообществ:  Милетская школа, Платоновская Академия и школа перипатетиков.   Во многих областях  знания научные достижения древнегреческой цивилизации были настолько велики, что и в более поздние времена (в частности  - в Средневековье) ни в исламском мире, ни в христианской Европе не наблюдалось чего-либо подобного. По сей день достижения греческих ученых-философов в области математики, геометрии, механики, в ряде других областей научного знания  остаются предметом изучения представителями истории науки. Именно поэтому историческая наука выделяет историографию как особую методическую дисциплину, которая занята критическим рассмотрением литературы об истории.

      Древняя Греция и Рим выдвинули ряд  выдающихся историографов своего времени – Геродота, Аристотеля, Фукидида.   

Наиболее ранним письменным источником, содержащим сведения в области техники, является «История» Геродота (454-425 гг. до н.э.)[4]. В ней рассказывается о производстве орудий труда и оружия, о добыче руд и выплавке металлов, называются места расположения рудников и плавилен. Геродот сообщает, например, что золото добывалось на Кавказе и что скифы умели обрабатывать золото.

          Работа Аристотеля «Механические проблемы»[5] является, пожалуй, первым опытом теоретического анализа вопросов механики. Аристотель обращает внимание на необходимость проверки теоретических соображений опытом и практикой. Он описывает рычаг, колодезный журавль с противовесом, разнообразные весы, клинья, топоры и другие орудия и приспособления. Ученик Аристотеля Теофраст написал книгу, содержащую сведения о каменном угле и  железе – магните, о свойствах и способах добычи полезных ископаемых.

          Много сведений о науке и технике древней Греции имеется в трудах Архимеда[6]. Однако следует отметить, что Архимед мало интересовался конкретной техникой, пренебрежительно относился к работе практика. В его трудах, как и в работах многих других ученых древности, содержатся лишь отдельные сведения о технике.     

         Все это говорит о том, что историк обязан интерпретировать источник (то есть объяснять его), а не принимать его содержание как абсолютную истину. Безусловно, в историографической науке необходимо обращаться к гносеологической модели научного знания. «…При нашей неизбежной подчиненности прошлому мы пользуемся, по крайней мере, одной льготой: хотя мы обречены знакомиться с ним лишь по его следам, нам все же удается узнать о нем значительно больше, чем ему угодно было нам открыть.  Если браться за дело с умом, это великая победа понимания над данностью».[7]

          Падение Римской империи не стало причиной наступления вакуума в научных знаниях. Достижения греческой (и далее – римской) науки сохранились и даже преумножились в исламских учебных заведениях, а потом и в университетах Средневековой Европы. Так была подготовлена почва для последующих научных революций. Средние века не только сохраняли достижения греческой науки. Как в христианском, так и в исламском мире  ученые-схоласты продолжали начатые греками дискуссии  о роли философии, математики и религии в развитии научной мысли.

Невозможно понять тенденцию будущего развития науки, не подвергнув ее анализу с исторической точки зрения. Известный ученый Макс Лауэ, однажды высказал парадоксальную мысль: «История может быть написана с различных точек зрения при полном сохранении достоверности.  Оправданной является любая точка зрения, исходя из которой историк может открыть что- либо исторически интересное».[8] Именно история науки призвана дать  будущему ученому общее представление о науке, ее истории и тенденциях ее развития.

И здесь возникает важная методологическая проблема – проблема понимания прошлого.  Как отмечает историк науки Н. Кузнецова, какие бы цели ни ставил перед собой историк, в любом случае он должен уметь понимать прошлое, и прежде всего – научные труды прошлого. Историк науки не соприкасается с фактами. Он работает с источниками, и, исходя из них, опираясь на них он может реконструировать прошлое, воссоздавая факты, которые давно уже стали достоянием истории.[9] Таким образом, источник – это некий фрагмент прошлого, сохранившийся в настоящем[10], который и может гарантировать  объективный характер реконструкции  исторического прошлого. Таков – источниковедческий – метод, которым и должен пользоваться в своей научной практике  специалист по истории науки.

Как известно,  историк лишен возможности интерпретировать  факты, которые он изучает, с личностной точки зрения. Ни один медиевист, например,  не видел Чингиз Хана. Иными словами, о предшествовавших эпохах мы можем говорить, исключительно  опираясь на источники.

Характерным примером исторического исследования является  переключение интереса исследователя. Например, обнаружен камень с письменами. Встает вопрос, откуда этот камень появился и что на нем написано. Вначале ставится вопрос относительно самого объекта. Потом возникает гипотеза, существовала ли некая цивилизация, оставившая данный реликт. Но интерес перемещается далее, и теперь камень становится лишь инструментом, «источником», в то время как все внимание исследователя сосредоточивается на изучении неизвестного  доселе общества. Аналогичным примером являются исследования египетских пирамид. Поначалу пирамиды воспринимались как гигантские камни естественного происхождения - «результат вулканической деятельности», соответственно, объяснение пытались искать в области геологии. После выдвижения  гипотезы  о существовании особой – египетской - цивилизации, интерес был перенесён на изучение этой цивилизации, а пирамиды и письмена стали источником изучения этой малоизвестной пока цивилизации[11]. Как и в первом случае,  пирамиды стали средством, в то время как объект исследования был сконструирован заново.

Где же истина? Проблема заключается в том, что ученый не всегда бывает прав в своих высказываниях. Например,  в «Тимее» Платон описывает историю Атлантиды, которая якобы процветала за тысячи лет до эпохи его собственного существования. Платон не мог знать о происходившем тысячи лет тому назад.                           

Стивен Вайнберг  в своей знаменитой книге «Объясняя мир: Истоки современной науки» приводит множество примеров, когда греческие мыслители выражают сомнения в своих  собственных теориях. Например, Демокрит в своем труде  «О разнице форм» отмечает: «На самом деле мы ничего не знаем точно» и «Многими способами показано, что мы на самом деле не знаем, чем являются или не являются  вещи». Геродот отмечал: «Что до меня, то мой долг передавать все, что рассказывают, но конечно верить всему я не обязан и этому правилу я буду следовать во всем моем историческом труде»[12]. Геродот осознает, что может быть не состыковка и поэтому он предпочитает писать о том, что видел и узнал сам. Но так как он не может увидеть всего, он понимает, что в передаваемых ему рассказах многое может и не соответствовать действительности. Ни у кого  из мыслителей того времени не было исторической реконструкции как раз потому, что  греческие мыслители и их последователи  не были свидетелями того, что они описывали.

Геродота называют «отцом истории», так как  он первым высказал мысль о том, что однажды совершенное людьми не должно «кануть в Лету». Он говорит: «Геродот из Галикарнаса собрал и записал эти сведения, чтобы прошедшие события с течением времени не пришли в забвение и великие и удивления достойные деяния, как эллинов, так и варваров не остались в безвестности, в особенности же то, почему они вели войны друг с другом».[13] Но хотя  Геродот считается основоположником историографической традиции, в его трудах нет исторической реконструкции. Он так же, как и все мыслители того времени, был больше рассказчиком об увиденном и услышанном, чем истинный ученый.  Геродот не реконструировал прошлое, а лишь  фиксировал его. Он пишет об увиденном и о том, что удалось собрать «понаслышке» (впрочем, как все ученые того периода, которые зачастую фиксировали отрывки сведений, записывали и распространяли для всеобщего достижения).

Аристотель называл ранних греческих мыслителей физиологами, что иногда переводят как физики, но это - ошибочный перевод. Как считает Стивен Вайнберг, слово «физиологи» обозначает тех, кто изучает природу, так что у древних греков мало общего  с сегодняшними физиками.  По его мнению,  для того чтобы правильно понимать разных греческих мыслителей, их лучше воспринимать не как физиков, не как ученых, и даже не как философов, а как поэтов[14]. Он считает, что греческие мыслители выбрали поэтическую форму изложения своих наблюдений не потому, что им не надо было доказывать свои теории, а потому, что они не испытывали необходимости в каких-либо доказательствах.

После Платона размышления греков о природе стали менее поэтическими и более аргументированными. Прежде всего, эти изменения заметны в работах Аристотеля.   В науке зачастую происходит критика одних теорий другими. И если это-возникновение новой науки, то историк вынужден каждый раз по-новому датировать возникновение той или иной науки. И сегодня ученые проверяют предположение о природе, используя выдвинутую теорию, чтобы прийти к более точным умозаключениям.

И если бы какому-либо учёному в прошлом, например, математику, химику, географу рассказали о современной модели, применяемой в этих науках, он бы многому удивился, но главное - сам принцип поиска теории, выраженной на языке этих наук, а также выводы, которые подтверждаются экспериментальным путем, -  были бы им поняты.

После смерти Александра Македонского его империя распалась на несколько частей. Наибольший интерес из образовавшихся на тот момент государств, с точки зрения истории науки, представляет Египет. Как известно памятники материальной культуры Египта восходят к очень давним временам. Найденная при раскопках в Египте математическая таблица, относящаяся ко II в. н.э.,  свидетельствует о степени применения  геометрии  в быту у египтян.  

В Средние века можно наблюдать расцвет науки в мусульманском мире. Труды ученых и философов Греции, Рима и Индии переводились на арабский язык. Среди них были научные трактаты Пифагора, Платона, Аристотеля, Архимеда, Гиппократа, Евклида, Птолемея. Расцвет науки в Арабском халифате пришелся на  XI-XIII в. Мусульманские ученые внесли  большой вклад в развитие таких направлений науки, как медицина, география, философия и социология, химия, астрономия, физика, алгебра, геометрия, архитектура. Ведь не случайно этот период истории мусульманских стран называют  «Мусульманским Ренессансом».  К началу VIII в. Азербайджан был завоёван арабами и включен в состав Арабского халифата.  В плеяде азербайджанских ученых этих веков - такие яркие мыслители своего времени, как Абульфас Бахманьяр, Муххамед Тебризи и многие другие.  Особое место здесь  принадлежит выдающемуся азербайджанскому ученому Насир ад-Дину ат- Туси.

Общеизвестна Марагинская обсерватория, которую основал Насир ад-Дин. Ему принадлежит великая заслуга решения пятого постулата Евклида о том, что две параллельные линии пересекаются в пространстве.

Насколько важна была эта проблема для создания общей космологии, видно из того, что спустя много веков над ней продолжали трудиться такие великие умы, как О.Л.Коши, К.Ф.Гаусс, Н.И.Лобачевский. Именно Лобачевскому, при помощи российского учёного азербайджанского происхождения Мирзы Казым-Бека (который по просьбе первого перевёл труд Туси с персидского на русский язык) удалось решить эту проблему. В итоге появился знаменитый труд Лобачевского о неевклидовых геометриях[15].

Имя Туси как математика стоит в одном ряду с Пифагором и  Евклидом. Среди математических трудов ат-Туси наиболее известным является «Трактат о полном четырёхстороннике», написанный на персидском и арабском языках.  В «Сборнике по арифметике с помощью доски и пыли» (1265 г.) ат-Туси подробно описал приём извлечения корней любой степени.  Также, он приводит таблицу биномиальных коэффициентов в форме треугольника, известного ныне как треугольник Паскаля. Известный восточный философ Мухаммад Икбал в статье «Дух исламской культуры», характеризуя  Туси, пишет: «Туси вывел математику из тысячелетнего покоя. Он выдвинул идею гиперплоскости[16]». Впервые в истории мировой науки в этом произведении тригонометрия рассматривается как самостоятельная область науки. Этот трактат был переведён на английский, русский и французский языки. А сочинение «Описание Евклидового Начала», напечатанное в 1594 году на арабском языке и впоследствии на латыни, сыграло огромное значение в распространении научных идей Насир ад-Дин ат-Туси в Европе.

Также, в своих сочинениях он заложил основы небесной механики. Спустя 400 лет они были заново открыты западноевропейскими учёными. Датский астроном Тихо Браге (1546-1601), повторив расчёты Насир ад-Дин ат-Туси, составил каталог более 700 звёзд. На основе трудов Браге, И. Кеплер изучал небесную механику. И. Ньютон, опираясь на их труды, вывел фундаментальные законы механики. Математические труды Туси многократно издавались в Италии, Англии,  Франции — главных центрах европейского Возрождения[17].

Помимо этого, Насир ад-дин ат-Туси — является автором 20-ти знаменитых научных трудов по экономике, философии, медицине, географии, минералогии, этике, логике. В общей сложности им написано более 100 научных трудов, которые хранятся в крупнейших научных библиотеках мира.

Сегодня нет сомнений, что и Копернику были известны результаты исследований знаменитого ученого из Мараги. Модель Вселенной, предположенная Коперником, уже имела хождение среди его  коллег на Востоке[18]

И здесь хочется привести слова одного из ведущих западных философов науки Стивена Тульмана о том, что в науке все время  циркулируют повторяющиеся  мыслительные модели. Другой американский философ науки отмечает, что нет ни одной новой идеи в науке, которая не была бы украдена в прошлом, ссылаясь на истины каперниканской модели космоса в ранней античной традиции пифагорийцев Евдокса и Аристарха[19].

Другой пример – из истории азербайджанского зодчества – наглядно иллюстрирует, как научные знания, точные расчеты, способствовали не только развитию инженерной мысли в Азербайджане, но и оказали существенное влияние на развитие целого ряда архитектурных форм, необходимых для нормального функционирования государства, в частности – многопролетных мостов. В XII-XIII вв. в Азербайджане был сооружен ряд величественных мостов, среди  которых особое внимание привлекают 15-пролетный ( XII в) и 11 пролетный (XIII в) Худаферинские мосты на реке Араз, 4-пролетный мост Сыныг Керпу в Газахском районе ( XII в), 3 моста на Гянджачае (остатки; XII-XIII в), мост в Южном Азербайджане около города Миная на реке Гызылузен («Девичий мост» XII в). Уникальность Худаферинского моста заключается в том, что принятые при строительстве этого сооружения инженерные замыслы достаточно смелы и научно обоснованы. Данный мост был построен в период государства Атабеков Ильдегизидов[20].

Таким образом, эмпирический материал, на который опирается историк науки, многообразен и состоит из источников разных типов. Например, остатки технических сооружений (Марагинская обсерватория, личные записи самого автора - Насир ад-дина). Или - медицинские рецепты, которые составлялись в средние века. Таких примеров можно привести множество. 

Немало интересных примеров преемственности научных знаний дает история Средневековой культуры, которая, как известно, широко опиралась на естественнонаучные исследования. В частности, одним из величайших открытий в истории человечества, касающихся развития инженерной мысли, являются готические соборы, каркасная структура которых  стала настоящей революцией в развитии архитектурных форм.

Несомненно, эти и ряд других конструктивных инноваций были «подсмотрены» средневековыми строителями у природы и развиты в результате детального изучения структуры растений – прежде всего листьев деревьев, цветов, взаимодействия растений разного рода друг с другом. Возможно, также, что тщательному изучению были подвергнуты и насекомые, ведь не случайно все «классические» образцы готических соборов напоминают растопыривших свои конечности представителей членистоногих. Во всяком случае, в знаменитом альбоме – «Книга рисунков» - Виллара де Оннекура можно видеть чертежи, схемы, реалистические зарисовки самого разного плана, иногда – с комментариями автора.

В частности, архитектор размышляет над геометрическим методом построения изображения человека и животных, усматривая в формах тех или иных животных, птиц или человека сочетание определенных геометрических фигур – прямоугольника, треугольника, круга, звезды. Такой подход напрямую перекликается с идеями целого ряда средневековых философов-схоластов, в частности - Роберта Гроссатеста, епископа Линкольнского (1175-1223), в понимании которого всякая форма есть сочетание линий, углов и фигур (lineas, angulas et figuras). Согласно Р.Гроссатесту, изучить и понять мир форм можно только при помощи геометрии, "ибо всякая причина явлений природных выражает себя в линиях, углах и фигурах".[21] 

Невозможно не вспомнить  эпоху, безусловно сыгравшую поворотную роль в развитии человеческой цивилизации.  Речь идет об эпохе Возрождения, и прежде всего – в Италии, где  основные идеи переходного периода, являвшегося своего рода буферной зоной между Средними веками с их религиозным мышлением и Новым временем, когда окончательно утвердилось и стало доминировать  светское мышление, получили свою наиболее яркую  локализацию.

Эпоха Итальянского Возрождения – это эпоха  научных открытий, эпоха великих географических открытий, наконец – эпоха универсальных личностей, наиболее ярко и наглядно демонстрировавших результаты своих научных изысканий в созданных ими же произведениях искусства. Этот тезис – общее место в любом серьезном или популярном очерке, посвященном Итальянскому Ренессансу.

Наиболее яркое имя здесь, которое, прежде всего, приходит на ум – Леонардо да Винчи, о котором речь, безусловно, пойдет ниже. Но не только Леонардо, при всей уникальности этой фигуры, занимался наукой, разделяя ее с сугубо художественным восприятием мира.    Истории известны и многие другие художники, научные трактаты которых (каждый – по-своему) способствовали развитию научных знаний в различных областях мыслительной деятельности  человека, включая философские и социальные проблемы, проблемы мировоззрения современного им общества и кончая такими «частными»  разделами, как, например,  математика/геометрия, психология,  физиология, анатомия  и прочее.  К числу таких практиков, которые одновременно были и учеными-математиками, инженерами, эрудитами по части античных теорий архитектуры или каких-то технических проблем более частного порядка, несомненно, относились такие великие архитекторы и новаторы, как Филиппо Брунеллески, Леон Батиста Альберти, Андреа  Палладио. 

Проблемой идеального  города, в котором должно жить идеальное общество  много занимался и Леонардо – человек, великий во всех отношениях… Его проект «идеального города» представлял собой  высокотехнологичный город будущего, состоявший  из нескольких ярусов и предназначавшийся для красивого, идеально сложенного человека. Великий инженер и мыслитель разработал не только конструктивные детали, но и транспортную инфраструктуру, которая должна будет обслуживать этот стройный, механизированный организм.  

          Незадолго до смерти Леонардо, Король Франции Франциск I следующим образом высказался об этом мастере: «Я не верю, что может появиться хотя бы еще кто-то, кто обладал бы такими же знаниями, как Леонардо. Я имею в виду не только его скульптуру, живопись, архитектуру. Он был великим философом».[22]

          Свои поистине безграничные научные исследования Леонардо систематизировал, объединив записи по каждой отдельной области знания в кодексы. Одно только перечисление тем и явлений, которыми занимался ученый, может занять немало места и времени. И, тем не менее, будет несправедливым не назвать хотя бы часть затронутых им проблем. Арифметика, геометрия, стереометрия, механика, статика и  динамика, оптика, акустика. Все, за что бы ни брался Леонардо, поглощало его полностью. Любое, даже самое малоприметное для обывателя природное  явление  становилось для мастера предметом  глубоких научных изысканий. Наблюдая за звездами, он параллельно начинает разрабатывать идею телескопа. Изучая анатомию человека (и животных), он дотошно внедряется в каждый орган, мышцу, суставные соединения. Его кодекс по Анатомии едва ли в чем-либо уступит современному анатомическому атласу. Леонардо интересует в человеке буквально все: каким образом мышцы приходят в движение, как прокачивается кровь через сердце и как работают сердечные клапаны, каково положение плода в утробе матери, наконец, в чем секрет «легкой» смерти человека… Изобретатель подводных и летательных аппаратов, изобретатель машины для производства зеркал, изобретатель скафандра, не говоря уже об огромном множестве разновидностей орудий, вплоть до подводной лодки. Лингвист, натуралист, исследователь планет и важнейших явлений жизни Земли – горного и равнинного ландшафтов, потопов и землетрясений, океанов и родников…

          Однако, в контексте данной статьи важно подчеркнуть, что Леонардо четко противопоставлял теорию как науку практике. Более того: многие из его изобретений уже имели до него свою «историю». Опыт других, живших до него, новаторов, художник не только изучал, но и развивал, учитывая в своих проектах их ошибки и просчеты. Таким образом, будучи сегодня одним из ярчайших «объектов» истории науки, он и сам, в свое время, сделал свой вклад в развитие современной ему  истории науки…

Известный английский философ, теолог, историк науки Уильям Уэвелл как-то заметил: «Историк должен стремиться показать, как сделан был каждый из тех важных успехов, которыми науки достигли своего нынешнего состояния, когда и кем была приобретена каждая из тех великих истин, собрание которых составляет теперь драгоценные научное сокровище»[23].

Действительно, истина – вот подлинная цель науки, а истина времени    неподвластна.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

ЛИТЕРАТУРА

1.     Алиева С. М. Моральные феномены Насреддина Туси и Рихарда Вагнера (Мысли в литературном и философском контекстах). Религия – наука – общество: проблемы и перспективы взаимодействия. Материалы международной научно-практической конференции 1–2 ноября 2011 года. Пенза – Липецк – Семей 2011 .

2.     Аристотель. Метафизика. М.-Л., 1934.

3.     Бондарев В. Концепции современного естествознание https://www.twirpx.com/file/48783/

4.     Геродот. История в десяти книгах. М., 1888, т. 1-2 С.В. Шухардин .Документы по истории науки и техники (источники). Москва-1982 г.

5.     Геродот. История. Л.: Наука. Ленингр. Отд-ние, 1972

6.     Гулыга А.В. История как наука-В кн: Философские проблемы исторической науки. М.: Наука 1969 г.

7.     И.А. Габибов История науки: инженерная графика. Баку: изд. АГНА, 2010

8.     Лауэ. М. История физики. М.:Гостехиздат, 1956 г.

9.     Лурье С.Я. Архимед. М.-Л. 1945. Веселовский П.Н. Архимед. М.-Л., 1957.

10. М. Блок. Апология истории или ремесло историка. М., Наука, 1986.- 256 с.

11. Н.И. Кузнецова. Наука в ее истории (методологические проблемы) изд. «Наука» 1982 г.

12. «Общие проблемы развития науки и техники» // Годичная научная конференция. Институт истории естествознания и техники им С.И.Вавилова. Том 1, 2015. Роль Насир ад-Дина ат-Туси в истории науки.

13. «Объясняя мир: Истоки современной науки / Стивен Вайнберг»: Альпина нон-фикшн; Москва; 2015

14. Платон – «Диалоги»- М. Мнель 1986; С.Вайнберг

15. Проблемы теории и практики художественного творчества в 13 веке. Часть вторая.-
http://zen-designer.ru/arts-history/799-teoriya-i-praktika-gotiki-2.

16. Уэвелл В. История индуктивных наук. СПБ. 1867, I.

17. C. Pedretti. Leonardo. Art and Science. Florence, 2000

18. http://people.ziyonet.uz/ru/person/view/nosriddin_at_tusiy

19.   История науки с философской точки зрения: кому она нужна? https://cyberleninka.ru/article/n/istoriya-nauki-s-filosofskoy-tochki-zreniya-komu-ona-nuzhna

20.  Габибов Ибрагим Абульфас оглы – История Науки: Инженерная графика. Баку: изд. АГНА, 2010.-167с.

 

 



[1] Н.И. Кузнецова Наука в ее истории (методологические проблемы) изд. «Наука» 1982 г. с 35

 

[2] Бондарев В. Концепции современного естествознания https://www.twirpx.com/file/48783/  

[3] «Объясняя мир: Истоки современной науки / Стивен Вайнберг»: Альпина нон-фикшн; Москва; 2015

 

[4] Геродот. История в десяти книгах. М., 1888, т. 1-2 С.В.Шухардин Документы по истории науки и техники (источники). Москва-1982 г. с.52

[5] Аристотель. Метафизика. М.-Л., 1934.

[6] Лурье С.Я. Архимед. М.-Л. 1945. Веселовский П.Н. Архимед. М.-Л., 1957.

[7] М.Блок. Апология истории или ремесло историка. М., Наука, 1986.- 256 с., 38.

[8] Лауэ.М. История физики. М.:Гостехиздат, 1956 г. с 5. Н.И. Кузнецова указ.соч с.5.

[9] Гулыга А.В. История как наука-В кн: Философские проблемы исторической науки. М.: Наука 1969 г.

[10] Н.И. Кузнецова Наука в ее истории (методологические проблемы) изд. «Наука» 1982 г. с….

[11] Геродот, история, стр. 353; Н.И. Кузнецова указ.соч стр. 30

[12] Н.И. Кузнецова Наука в ее истории (методологические проблемы) изд. «Наука» 1982 г. с 19.

[13] Геродот. История. Л.: Наука. Ленингр. Отд-ние, 1972, с.11; Кузнецова ука.соч

[14] Платон – «Диалоги»- М. Мнель 1986; С.Вайнберг

[16] Алиева С. М. Моральные феномены Насреддина Туси и Рихарда Вагнера (Мысли в литературном и философском контекстах). Религия – наука – общество: проблемы и перспективы взаимодействия. Материалы международной научно-практической конференции 1–2 ноября 2011 года. Пенза – Липецк – Семей 2011 . с.27

[17] «Общие проблемы развития науки и техники» // Годичная научная конференция. Институт истории естествознания и техники им С.И.Вавилова. Том 1, 2015. Роль Насир ад-Дина ат-Туси в истории науки. с. 141-147

[18] И.А. Габибов История науки: инженерная графика. Баку: изд. АГНА, 2010

[19] История науки с философской точки зрения: кому она нужна? https://cyberleninka.ru/article/n/istoriya-nauki-s-filosofskoy-tochki-zreniya-komu-ona-nuzhna

 

[20] Габибов Ибрагим Абульфас оглы – История Науки: Инженерная графика. Баку: изд. АГНА, 2010.-167с.

[21] Проблемы теории и практики художественного творчества в 13 веке. Часть вторая.-
http://zen-designer.ru/arts-history/799-teoriya-i-praktika-gotiki-2.

 

[22] C.Pedretti. Leonardo. Art and Science. Florence, 2000, p.148. 

 

[23] Уэвелл В. История индуктивных наук. СПБ. 1867, I с. 34